Добавлено (02.02.2009, 23:55)
---------------------------------------------
Как и обещала - выкладываю. Кусочки.

Почтовые ящики забиты листовками, каталогами и открытками из магазинов. Безжалостно посягаю на их неприкосновенность: выкидываю в мусорку или бросаю в ящик горящие спички.
Кто-нибудь за последнее время написал хоть одно письмо? На бумаге, шариковой ручкой, как положено. Мм?
Кто-нибудь в курсе, сколько стоят марки?

«Прощай» происходит не от «пошел на фиг».
«Прощай» - просьба о прощении.
Люди избавляются друг от друга с помощью этого слова, и, промежду прочим, отпускаю друг другу грехи.

Вероятно, начитавшись Булгакова, боюсь заговаривать с неизвестными. Вплоть до того, что пусть уж стоят на моих ногах в забитом вагоне – но только не говорить.
А если задуматься всерьез: от чего это?

С улиц убрали елки. Говорят, где-то их сжигали. Наши праздники вместе с загаданными желаниями и несбывшимися надеждами – убрали и сожгли.
Вот так.
«Здоровье на клеточном уровне. Продается в аптеках города». А мы не в курсе…
Вместо таблеток ем шоколад. От него не хочется спать, и повышается настроение.
Постоянно конфликтую с зонтами. И в конце концов, они меня бросают. Уезжают на метро к конечным станциям, а там попадают в заботливые руки женщин с золотыми зубами.
Нарезаю круги вокруг остановки: не знаю, куда ехать и кого останавливать. Окружающие заткнули уши плеером, и некого брать в заложники: ни один из них не скажет, чего я ищу.
Говорят, если зубы испачкать в помаде – это к поцелуям. Уже неделю перед сном закрашиваю губы красной увлажняющей – и никакого эффекта.
Девочки в смешных мохнатых шапках жмутся к фонарным столбам, освобождая мне дорогу. А я все равно не вписываюсь в повороты. Просто сменился вектор, и я никак к этому не привыкну.
Вокруг большой белой собаки с перебитыми передними лапами сгрудились щенки. Кажется, они плачут.
«Так грустно, что хочется танцевать» (С)
Маэстро! Вальс, пожалуйста!

Добавлено (02.02.2009, 23:56)
---------------------------------------------
Кусочек #2

Жизнь ходит вокруг, но всегда - мимо, обстоятельства обступают и сжимают в кольцо. Мне кажется, кто-то проиграл нас в какую-то аристократическую игру. И теперь мы – в заложниках у дня, вечера, бестолкового ТВ и убийственных многотиражек.
Все носятся, как молекулы. Головы прячут в шапки, руками – по стеклу, и в глаза – звездам. В наши улицы вселился страх. Страх, что солнце не вернется.
Вернется. В мире ведь столько мест, где нет ничего, кроме солнца. А у нас есть лампы, фонари, прожекторы. Мы подождем. Или найдем в себе. Но лень ведь, м?
Да, солнце – моя больная тема.

Планета зависла на этой зиме слишком надолго. И уже скучают бабульки, торгующие ковриками у метро. Дворники ленятся, и дороги порастают льдом. Автомобили давно не мыты и на всех них нарисованы сердечки.
Планета обленилась.
И я обленилась. Сижу на кровати с ирисками и мечтами, в полной темноте, и совершенно не хочу на подоконник. Вернее хочу, но на другой: на своем я выучила каждую паутинку.
Пишу безадресные письма. О своих воспоминаниях, о своем детстве. О том, почему в моей сумке всегда тесно, а ручки бесследно исчезают. О том, какого цвета мое солнце и моя весна. И как я назову свою крысу. На полке скопилось уже несколько десятков перетянутых лентой конвертов.

По старой традиции покупаю себе букет желтых тюльпанов и пакет с карамельками. Маленькие радости – лучший допинг для вторника. И для среды. В четверг – шагом марш на тяжелые наркотики.
Забытые в вагонах зонты приходят во сне и нашептывают: найди нас, если сможешь.
Назначаю свидания, на которые не хожу. Просто – не по пути, и по слогам в трубку: «Извини, ошиблась!». Это инерция, по которой люди тянутся к себе подобным.

У этого города нет лица, поэтому он слеп и не видит, об кого вытирает ноги. Но слепому всегда можно подставить подножку.
Завтра – смотреть, как слезы подтачивают чью-то всесильность.
Завтра – искать отражение голоса в замерзшей луже.
Завтра – играть со Временем в карты на раздевание.
Завтра – ловить такси, бить каблуками асфальт, не смотреть по сторонам, не давать обещаний.

Небо кричало вслед: береги! А мы не слушали. Продавали и меняли на побрякушки себе подобных. Не умеем мы беречь ни себя, не других.

Добавлено (02.02.2009, 23:57)
---------------------------------------------
Кусочек #3

Небо прокисло. На нем какой-то странный налет. Плесень? На небе?...
Мои стереотипы имеют обыкновение рушиться.
Мои мечты иногда сбываются.
Друзья уходят, не оставив никого взамен.
Я бы хотела…. Чего бы я хотела? Сменить черное на зеленое. И землянику с молоком. И чувствовать трепещущееся, сбивчивое сердце под ладонью.

Я пойду, только скажите – куда? Зачем – сама придумаю.
Хотите, я отвечу на любой вопрос? Только не долго, ладно? Надо спешить. Ничего не успеваю. Думать, страдать, нежиться в постели, терпеть. На все не хватает времени.
Расскажите мне – и я постараюсь понять. Даже самое неясное и обрывочное, в агонии выброшенное в никуда.

Слишком много в последнее время неправильности вокруг. Не у меня, именно вокруг. В плюсовой температуре. В улыбчивых собаках, в безвкусном мякише дождя. Да и у меня, наверное, тоже: что душой кривить? (а как выглядит душа, когда ею кривят?...) В недописанности, в недосказанности, в невозможности плакать, в страхе – не расслышать нужное в потоке слов. Во всем этом – большое упущение.
Если бы жизнь была кассетой, я бы включила перемотку вперед.
Меня тянет на восток, туда, где просыпается солнце.

Если можно спрятать под кат - научите) Я не умею)